Евросоюз на полгода продлил секторальные санкции против россии

Закрытый сектор: Европа продлила санкции

Евросоюз на полгода продлил секторальные санкции против России

Евросоюз на полгода продлил санкции против России, до 31 января 2019 года. Ограничения были введены в 2014 году на фоне присоединения Крыма к России и конфликта на юго-востоке Украины. Несмотря на то, что страны ЕС ежегодно теряют от санкций до €200 млрд, иного развития событий никто не ожидал, констатируют эксперты.

Европейский совет принял решение о продлении секторальных санкции против России. Срок действия ныне действующих санкций истекал 31 июля 2018 года. Теперь же ЕС продлил их вплоть до 31 января 2019 года.

Как сообщает пресс-служба Европейского совета, в состав которого входят главы государств и правительств стран ЕС, решение было принято всеми членами Совета единогласно.

Между тем официальный представитель Министерства иностранных дел России Мария Захарова заявила, что принятие Евросоюзом решения о продлении санкций лишило ЕС возможности переосмыслить свои внешнеполитические подходы в отношении России.

Санкции против Москвы были введены США и Евросоюзом из-за событий в 2014 году, когда произошло присоединение Крыма к России и конфликт на юго-востоке Украины.

С тех пор они постоянно продлевались.

Санкции против России, которые Совет Евросоюза продлил сейчас, затрагивают финансовый, энергетический и оборонный секторы российской экономики, а также товары двойного назначения.

Как поясняют в ЕС, экономические санкции включают ограничение доступа на рынки капитала ЕС для российских финансовых институтов с мажоритарной долей государства в капитале и их дочерних подразделений, а также для крупных российских энергетических компаний и оборонных фирм.

При этом санкции ЕС включают также запрет на экспорт и импорт оружия; запрет на экспорт в Россию товаров двойного назначения для военных нужд или для российской армии; ограничение доступа России к отдельным, имеющим стратегическое значение, технологиям и услугам, которые могут использоваться для разработки и добычи нефти.

В дополнение к этим экономическим санкциям действуют и другие ограничительные меры ЕС, введенные в ответ на кризис на Украине. Они включают, в частности, запрет на поездки и замораживание активов для 155 физических лиц и 38 юридических лиц (срок действия до 15 сентября 2018 года).

Ограничения ЕС также касаются Крыма. Например, гражданам и компаниям из стран Евросоюза нельзя импортировать продукцию из Крыма и инвестировать в экономику полуострова.

Российскому бизнесу очень сложно привыкнуть жить под санкциями, констатирует Михаил Крылов, директор аналитического департамента «Golden Hills – КапиталЪ АМ».

Евросоюз на полгода продлил секторальные санкции против россии

Так, по его словам, из-за санкций, в частности, затруднено подтверждение и проверка происхождения средств, и целый ряд транзакций возможен только при уплате высокой комиссии.

Также, как отмечали ранее эксперты, из-за санкций очень сложно выйти на IPO на иностранном рынке, российские компании испытывают трудности с рефинансированием долга, им приходится искать изыскивать альтернативные источники кредитования.

Однако рынок совершенно равнодушен к сообщениям о продлении существующих санкций, поскольку иного развития событий никто и не ожидал,

говорит Владимир Рожанковский, эксперт «Международного финансового центра».

Российская сторона ранее неоднократно заявляла о том, что считает санкции незаконными и отвечает на них своими ограничительными мерами. Так, премьер-министр Дмитрий Медведев призвал изучить вопрос продления контрсанкций на 2019 год. Об этом он сказал на совещании по вопросам международной торговли.


Он напомнил, что российская сторона ввела ответные меры против ряда стран по отдельным категориям товаров. При этом в июне этого года президент Владимир Путин подписал закон о контрсанкциях. Документ позволяет вводить контрсанкции в ответ на недружественные шаги США и других стран. Меры могут применяться в отношении государств, организаций, находящихся под их юрисдикцией, а также должностных лиц и граждан.

«ЕС от санкций в итоге проигрывает: по различным оценкам, ежемесячный ущерб экономике Евросоюза может достигать 3,5 млрд евро в месяц за счет сокращения объема внешней торговли, ограничений на инвестиции в перспективные проекты в сфере топливной энергетики, а также невозможности заключения контрактов с подсанкционными компаниями», — говорит аналитик «Алор Брокер» Алексей Антонов.

По словам эксперта, единственным выгодополучателем от действующего в отношении России санкционного режима является Вашингтон. Хотя за время действия санкций причины их ввода не устранены, но за это время сильно изменились отношения между ЕС и США, добавляет он.

«Вашингтон со сменой администрации все больше похож на оппонента ЕС, чем на союзника, причем потенциально конфликтные ситуации возникают часто во всех сферах, от торговли (введение заградительных импортных пошлин, навязывание условий реализации проектов в топливно-энергетическом секторе) до внешней политики (санкции в отношении Ирана). И чем хуже отношения между ЕС и США, тем выше вероятность того, что санкции с России в конечном итоге будут сняты», — полагает Антонов.

Продление санкций Евросоюза против России невыгодно ЕС. А значит, политические причины сейчас важнее экономических, говорит Марк Гойхман ведущий аналитик ГК TeleTrade.

Источник: http://www.gazeta.ru/business/2018/07/05/11827393.shtml

Санкции остаются большим риском для европейских компаний в России

генеральный директор Ассоциации европейского бизнеса

– Как бы вы могли охарактеризовать 2018 год с точки зрения изменений в российской экономике?

Евросоюз на полгода продлил секторальные санкции против россии

— Уходящий 2018 год был своеобразным. Если мы посмотрим на экономические показатели, то увидим и положительные, и отрицательные аспекты. Например, что касается международной торговли, в этом году товарооборот между Россией и ЕС вырос – до конца года рост будет порядка 20%. Это немного меньше, чем было в прошлом году, тем не менее, рост показывает, что санкции не оказывают значительного влияния на торговлю. Само по себе такое развитие уже является положительным фактором.

Что касается российского рынка, мы отмечали умеренный рост экономики, что, конечно, хорошо. Но рост – это усредненный показатель, он состоит из разных составляющих. Если мы посмотрим на рынок строительной техники, он вырос на 24% в этом году. Рост авторынка до конца года, по нашему прогнозу, составит порядка 10%. Однако в других отраслях, ситуация более сложная. Возможно, это связано с тем, что у населения России реальные доходы если и растут, то очень медленно.

– Уходящий год ознаменовался ужесточением санкций США против России. Европейский бизнес часто выступал против них. В какой степени изменилось отношение европейских компаний, работающих в России, к санкциям за год?

Санкции со стороны США сформировали новую ситуацию. Во-первых, те санкции, которые мы сейчас видим, не координируются с европейскими властями. Во-вторых, они сильно влияют на динамику курса рубля, как это было летом, а также негативно отражаются на динамике прямых иностранных инвестиций. На российском рынке более 50% прямых иностранных инвестиций поступают из европейских источников, это значит, что, конечно, в первую очередь американские санкции влияют именно на них.

– Как в АЕБ относятся к угрозам США вводить вторичные санкции в отношении тех, кто работает с российскими партнерами?

— Конечно, нашим компаниям сложно действовать в такой ситуации, они ею недовольны. Раньше мы уже наблюдали, как американские власти штрафовали европейские компании, которые работали с Ираном. Кроме того, были компании, которые совсем ушли с рынка Ирана. Поэтому очень важно, что ЕС на своей территории ввел в действие закон о блокировке санкций США против Ирана. Так или иначе, все знают об экстерриториальной особенности американских вторичных санкций и стараются вести себя осторожно.

– Были ли компании-члены АЕБ, которые в уходящем году приняли решение уйти с российского рынка или сократить присутствие?

— Если кто-то и сократил присутствие, то причиной этому послужила экономическая ситуация. Надо сказать, что, несмотря на санкции, объявленные США с лета прошлого года, европейские компании очень лояльно относятся к российскому рынку. Возможно, если какая-то небольшая компания и закрыла офис, то из-за экономических причин, а не из-за санкций.

Если мы говорим о крупном бизнесе – я не знаю никого, что планировал или планирует уйти с российского рынка.

– Являются ли сегодня санкции доминирующим риском при работе европейских компаний в России? Есть ли другие, например, бюрократические, административные вопросы?

— Если мы посмотрим на результаты нашего ежегодного исследования инвестиционной привлекательности, проводимого совместно с GfK, там ясно видно, что американские санкции являются одним из самых важных негативных факторов. Сравнивая этот год с предыдущими, компании не видят больших изменений с точки зрения того, что касается бюрократии, коррупции и так далее. Поэтому, с одной стороны, санкции остаются самым большим риском для компаний, но и другие риски продолжают существовать.


– Какие законы в России в настоящий момент осложняют жизнь европейским инвесторам?

— Сейчас активно обсуждаются возможные изменения законодательства в сфере защиты инвестиций и СПИК. Это очень важные вопросы, которые непосредственно влияют на поведение европейских компаний в России. Если мы посмотрим на ситуацию вокруг СПИК, был один фактор, который вызвал очень много вопросов у наших компаний-членов. Сейчас разрабатывается новая концепция СПИК, поэтому пока не ясно, что это будет значить для компаний.

Евросоюз на полгода продлил секторальные санкции против россии

Другой вопрос – это дискуссия вокруг легализации параллельного импорта. Мы практически 10 лет находимся в диалоге с ФАС по этой теме. Мы видим разные риски, которые связаны с легализацией: недобросовестная конкуренция, контрафакт, угроза безопасности потребителей и другие.

Мы в ЕС более 20 лет назад также обсуждали легализацию параллельного импорта, но тогда вопрос решился в сторону запрета. Тогда ЕС хотел гарантировать, что промышленная база и высокие технологии будут развиваться в пределах союза. Тот факт, что ЕС — самый большой торговый блок в мире, успешен в экспорте, говорит о том, что решение было оправданным.

– Ведется ли сейчас дискуссия по российскому законопроекту, который вводит ответственность за соблюдение санкций Запада?

– Российские власти и бизнес активно обсуждают переход на расчеты в национальных валютах. Процент расчетов между европейскими и российскими компаниями уже осуществляется в евро. Было бы компаниям удобней перейти на расчеты в евро?

— С учетом поведения США в отношении России, сложившегося с прошлого лета, дедолларизация может иметь смысл. Глядя на то, какая дискуссия идет в Германии или других странах ЕС, мы увидим, что там также развивается политический курс на дедолларизацию.

Я исхожу из того, что под давлением США такое развитие будет происходить постепенно. Весь парадокс в том, что внешняя политика Штатов зачастую вредит позиции доллара на мировом рынке.

– Ожидаете ли вы улучшения ситуации в каких-либо секторах экономики России в будущем году?

— Существуют разные прогнозы. Мы, конечно, рассчитываем, что экономика будет расти. Также мы будем смотреть на действия российских властей в отношении развития экономики, решение таких вопросов как налогообложение, НДС в отношении трансграничных цифровых услуг, также другие факторы. На пути сотрудничества российского и европейского бизнеса не должно быть слишком много препятствий.

– С какими планами и ожиданиями европейский бизнес вступает в 2019 год?

— Мы хотим надеяться, что геополитическая ситуация улучшится. Мы видим, что для инвестиций это имеет большое значение. Нужно будет работать над тем, чтобы эта ситуация стабилизировалась и отношения между партнерами на мировой арене стали более конструктивными.

Источник: http://1prime.ru/business/20181219/829553811.html

Европейские санкции в отношении России в связи с Украиной. Досье

ТАСС-ДОСЬЕ. 14 мая Совет Евросоюза принял решение внести еще пять крымских чиновников в черный список для России в связи с организацией в Крыму голосования на выборах президента РФ 18 марта 2018 года. В список вошли заместитель главы избирательной комиссии Крыма Инна Гузеева, секретарь комиссии Наталья Безрученко, бывший председатель избирательной комиссии Севастополя Александр Петухов, заместитель председателя Мирослав Погорелов, а также секретарь комиссии Анастасия Капранова. Решение вступает в силу в этот же день.

Редакция ТАСС-ДОСЬЕ подготовила справку об истории введения Евросоюзом ограничительных мер в отношении России в связи с кризисом на Украине.

Введение санкций

Европейский союз начал вводить санкции в отношении России в связи с событиями на Украине в марте 2014 года. Решение о том, что "в случае отсутствия разрядки напряженности в Крыму" Евросоюз будет применять "меры давления на Россию", было принято на экстренном саммите ЕС 6 марта 2014 года.

Евросоюз на полгода продлил секторальные санкции против россии

Тогда же было объявлено об отмене саммита Россия-ЕС (был запланирован на июнь 2014 года), приостановлены переговоры о безвизовом режиме и о новом базовом соглашении о сотрудничестве. Затем ЕС ввел в отношении России три пакета санкций: персональные, секторальные и так называемый крымский санкционный пакет.

Персональные санкции

Персональные санкции были введены в отношении физических и юридических лиц России и Украины – представителей руководства РФ, российских политиков, бизнесменов и силовиков, а также руководителей провозглашенных Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР) и ряда их военных и политических структур. Всем, кто числится в списке, запрещен въезд в ЕС, а их активы в случае обнаружения в европейских банках замораживаются.


Первый санкционный список был опубликован 17 марта 2014 года. В него был включен 21 человек, в том числе руководитель фракции Госдумы "Справедливая Россия" Сергей Миронов и премьер-министр Крыма Сергей Аксенов. Затем он расширялся 12 раз (последний раз – 21 ноября 2017 года).

Первоначально ограничительные меры были введены на шесть месяцев, затем их стали продлевать раз в полгода, последний раз – 12 марта 2018 года (вступили в силу 13 марта, действуют до 15 сентября 2018 года).

В настоящее время список включает 155 физических и 38 юридических лиц (за время действия санкций ряд лиц, включенных в список, скончались или были убиты).

Секторальные санкции

Секторальные санкции были введены 1 августа 2014 года. Они включают запрет на поставки в Россию и вывоз из России вооружения и "связанных с ним материалов", поставки в Россию "товаров и технологий двойного назначения", а также предоставление инновационных технологий для нефтедобывающей промышленности.

В частности, был введен запрет на долговое финансирование учреждениями ЕС трех топливно-энергетических компаний ("Роснефть", "Транснефть", "Газпром нефть") и трех крупнейших оборонных концернов ("Уралвагонзавод", "Оборонпром" и Объединенная авиастроительная корпорация), введены ограничения на торг их облигациями, срок обращения которых превышает 30 дней, и на участие в выпуске таких ценных бумаг.

Всего под действие ограничительных мер подпали 20 российских финансовых, нефтедобывающих и оборонных структур (списки были опубликованы 31 июля и 12 сентября).

Санкции вводились на 12 месяцев, затем их стали продлевать каждые полгода. Последний раз решение о продлении было принято 21 декабря 2017 года (до 31 июля 2018 года).

Крымские санкции

Первые крымские компании подпали под санкции ЕС 12 мая 2014 года. Это были "Черноморнефтегаз" и Феодосийская нефтебаза. 26 июля 2014 года ограничительные меры распространили еще на девять крымских компаний. Среди них Керченская переправа, Керченский и Севастопольский морской торговый порт, "Универсал-Авиа", НПО "Массандра", Завод шампанских вин "Новый свет". Эти меры были разработаны в рамках стратегии ЕС о непризнании воссоединения Крыма с Россией.

30 июля 2014 года ЕС ввел запрет на импорт крымских товаров, не имеющих украинской лицензии, а также на поставки товаров и технологий для крымских компаний, работающих в сфере транспорта, телекоммуникаций и энергетики (в том числе связанных с добычей и производством полезных ископаемых).

19 декабря 2014 года был введен запрет на инвестиции и торговлю, приобретение недвижимости, строительство инфраструктуры и оказание туристических услуг, а также ограничения на экспорт товаров и технологий для энергетического сектора, транспорта и телекоммуникаций, разведки и добычи углеводородов и минералов. Помимо этого, ЕС запрещает выдачу въездных виз владельцам российских загранпаспортов, полученных в Крыму.

Круизным судам, принадлежащим европейским компаниям или ходящим под флагом Евросоюза, было запрещено заходить в семь крымских портов (Севастополь, Керчь, Ялту, Феодосию, Евпаторию, Черноморск и Камыш-Бурун), а самолетам – совершать посадку в аэропортах полуострова за исключением экстренных ситуаций.

Евросоюз на полгода продлил секторальные санкции против россии

Первоначально санкции вводились на 12 месяцев. Затем их продлевали три раза, последний – 19 июня 2017 года (до 23 июня 2018 года).

Последствия санкций

По данным ООН на 2017 год, от введения санкций против России экономика ЕС ежемесячно теряет в среднем $3,2 млрд, а российская – около $15 млрд в год. В общей сложности с 2014 года потери ЕС составили более $100 млрд, а РФ – около $55 млрд. В докладе также сказано, что санкции против РФ не оказали ожидаемого эффекта, так как затронули сами страны-инициаторы из-за глобализации и полной интеграции РФ в мировую экономику.

Источник: http://tass.ru/info/5197877

Европейский бизнес и санкции в 2019 году

— Как бы вы могли охарактеризовать 2018 год с точки зрения изменений в российской экономике?

— Уходящий 2018 год был своеобразным. Если мы посмотрим на экономические показатели, то увидим и положительные, и отрицательные аспекты. Например, что касается международной торговли, в этом году товарооборот между Россией и ЕС вырос – до конца года рост будет порядка 20%. Это немного меньше, чем было в прошлом году, тем не менее, рост показывает, что санкции не оказывают значительного влияния на торговлю. Само по себе такое развитие уже является положительным фактором.

Что касается российского рынка, мы отмечали умеренный рост экономики, что, конечно, хорошо. Но рост – это усредненный показатель, он состоит из разных составляющих. Если мы посмотрим на рынок строительной техники, он вырос на 24% в этом году. Рост авторынка до конца года, по нашему прогнозу, составит порядка 10%. Однако в других отраслях, ситуация более сложная. Возможно, это связано с тем, что у населения России реальные доходы если и растут, то очень медленно.

— Уходящий год ознаменовался ужесточением санкций США против России. Европейский бизнес часто выступал против них. В какой степени изменилось отношение европейских компаний, работающих в России, к санкциям за год?

— Санкции со стороны США сформировали новую ситуацию. Во-первых, те санкции, которые мы сейчас видим, не координируются с европейскими властями. Во-вторых, они сильно влияют на динамику курса рубля, как это было летом, а также негативно отражаются на динамике прямых иностранных инвестиций. На российском рынке более 50% прямых иностранных инвестиций поступают из европейских источников, это значит, что, конечно, в первую очередь американские санкции влияют именно на них.


— Как в АЕБ относятся к угрозам США вводить вторичные санкции в отношении тех, кто работает с российскими партнерами?

— Конечно, нашим компаниям сложно действовать в такой ситуации, они ею недовольны. Раньше мы уже наблюдали, как американские власти штрафовали европейские компании, которые работали с Ираном. Кроме того, были компании, которые совсем ушли с рынка Ирана. Поэтому очень важно, что ЕС на своей территории ввел в действие закон о блокировке санкций США против Ирана. Так или иначе, все знают об экстерриториальной особенности американских вторичных санкций и стараются вести себя осторожно.

— Были ли компании-члены АЕБ, которые в уходящем году приняли решение уйти с российского рынка или сократить присутствие?

— Если кто-то и сократил присутствие, то причиной этому послужила экономическая ситуация. Надо сказать, что, несмотря на санкции, объявленные США с лета прошлого года, европейские компании очень лояльно относятся к российскому рынку. Возможно, если какая-то небольшая компания и закрыла офис, то из-за экономических причин, а не из-за санкций.

Если мы говорим о крупном бизнесе – я не знаю никого, что планировал или планирует уйти с российского рынка.

Евросоюз на полгода продлил секторальные санкции против россии

Являются ли сегодня санкции доминирующим риском при работе европейских компаний в России? Есть ли другие, например, бюрократические, административные вопросы?

— Если мы посмотрим на результаты нашего ежегодного исследования инвестиционной привлекательности, проводимого совместно с GfK, там ясно видно, что американские санкции являются одним из самых важных негативных факторов. Сравнивая этот год с предыдущими, компании не видят больших изменений с точки зрения того, что касается бюрократии, коррупции и так далее. Поэтому, с одной стороны, санкции остаются самым большим риском для компаний, но и другие риски продолжают существовать.

— Какие законы в России в настоящий момент осложняют жизнь европейским инвесторам?

— Сейчас активно обсуждаются возможные изменения законодательства в сфере защиты инвестиций и СПИК. Это очень важные вопросы, которые непосредственно влияют на поведение европейских компаний в России. Если мы посмотрим на ситуацию вокруг СПИК, был один фактор, который вызвал очень много вопросов у наших компаний-членов. Сейчас разрабатывается новая концепция СПИК, поэтому пока не ясно, что это будет значить для компаний.

Другой вопрос – это дискуссия вокруг легализации параллельного импорта. Мы практически 10 лет находимся в диалоге с ФАС по этой теме. Мы видим разные риски, которые связаны с легализацией: недобросовестная конкуренция, контрафакт, угроза безопасности потребителей и другие.

Мы в ЕС более 20 лет назад также обсуждали легализацию параллельного импорта, но тогда вопрос решился в сторону запрета. Тогда ЕС хотел гарантировать, что промышленная база и высокие технологии будут развиваться в пределах союза. Тот факт, что ЕС — самый большой торговый блок в мире, успешен в экспорте, говорит о том, что решение было оправданным.

— Ведется ли сейчас дискуссия по российскому законопроекту, который вводит ответственность за соблюдение санкций Запада?

— Российские власти и бизнес активно обсуждают переход на расчеты в национальных валютах. Процент расчетов между европейскими и российскими компаниями уже осуществляется в евро. Было бы компаниям удобней перейти на расчеты в евро?

— С учетом поведения США в отношении России, сложившегося с прошлого лета, дедолларизация может иметь смысл. Глядя на то, какая дискуссия идет в Германии или других странах ЕС, мы увидим, что там также развивается политический курс на дедолларизацию.

Я исхожу из того, что под давлением США такое развитие будет происходить постепенно. Весь парадокс в том, что внешняя политика Штатов зачастую вредит позиции доллара на мировом рынке.

— Ожидаете ли вы улучшения ситуации в каких-либо секторах экономики России в будущем году?

— Существуют разные прогнозы. Мы, конечно, рассчитываем, что экономика будет расти. Также мы будем смотреть на действия российских властей в отношении развития экономики, решение таких вопросов как налогообложение, НДС в отношении трансграничных цифровых услуг, также другие факторы. На пути сотрудничества российского и европейского бизнеса не должно быть слишком много препятствий.

— С какими планами и ожиданиями европейский бизнес вступает в 2019 год?

— Мы хотим надеяться, что геополитическая ситуация улучшится. Мы видим, что для инвестиций это имеет большое значение. Нужно будет работать над тем, чтобы эта ситуация стабилизировалась и отношения между партнерами на мировой арене стали более конструктивными.

Источник: http://www.oilexp.ru/question/interview/sankcii-ostayutsya-bolshim-riskom-dlya-evropejskikh-kompanij-v-rossii/167134/

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.